ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ

     Коробка была огромная, почти по плечи детям, вся в зеленовато-желтых малахитовых узорах, но не неподвижных, а живых - стоило только чуть шагнуть в сторону, как изумрудные ручейки начинали лениво перетекать друг в друга. Через минуту перед восхищенными глазами Эмми и Дика, словно по мановению руки волшебника Гудвина, появлялся новый, невероятной красоты рисунок. Время от времени из этого разноцветного калейдоскопа, как чертик из шкатулки, выскакивал разодетый в пестрое тряпье клоун и, забавно подмигивая, вытряхивал из карманов прямо в лица пораженным детям целые пригоршни звезд и маленьких голубых лун. Они тотчас же вспыхивали ослепительными искрами и исчезали, и только острые ледяные брызги окатывали детские разгоряченные щеки. Сделав еще несколько шагов в сторону, можно было увидеть настоящих ковбоев, ловко перестреливающихся на полном скаку посреди раскаленной прерии, и тут же их сменял крошка силач Майти Маус, а рядом с ним... Ну что за чудесный подарок получили дети в день рождения, если одну только коробку можно было рассматривать часами! А ведь в коробке что-то было...
     - Успокойся, Дикки, - наконец сказала девочка, удовлетворенно вздохнув. - Ну что ты визжишь, как девчонка? Разве ты никогда не видел объемных голограмм? Да слезай же со стула, слышишь, упадешь!
     - Вот ты всегда так, - заныл мальчишка, слезая тотчас со стула (он был трусоват и не скрывал этого). - Ты всегда все только портишь... А я только что увидел там наверху. Матушку Гусыню, она держала в лапках волшебную книжку с картинками и приглашала меня послушать удивительную сказку...
     - Не говори глупостей! - резко прервала младшего брата Эмми. - Голограммы не умеют разговаривать. Это тебе только почудилось...
     Нет, не почудилось, не почудилось! - заревел Дикки, отчаянно растирая ладонями пухлое розовое лицо. - Просто ты гадкая и завистливая. Я пожалуюсь вечером маме, вот!
     Эмми хотела сказать, что завидовать тут нечему - ведь этот подарок предназначался им обоим (по случайному совпадению оба родились в первую неделю мая), но решила, что брат только раскричится еще громче, и с презрением отвернулась. Так орать в шесть лет из-за игрушки - это было непостижимо, она себе такого не позволяла уже года три.
     - Дети, дети, что у вас стряслось? - вдруг раздался у них за спиной взволнованный мамин голос.
     Эмми сначала обрадовалась, но тут же поняла, что это видео - там всегда голоса получаются какими-то неестественными, далекими. Дик же взвыл еще громче и, чуть не сбив с ног сестру, бросился к одной из стен комнаты, окрашенной под кору дуба (так было модно в этом году во всем Доме). Он прилип к широкому экрану, всхлипывая и неразборчиво жалуясь, словно мама могла протянуть руки сквозь стекло и погладить его кудрявую голову. У самой Эмми волосы были прямыми и жесткими, как солома, и она втайне этим гордилась.
     - Постой, постой, малыш, я ничего не пойму, - тревожно сказала мама. - Эмми, объясни хоть ты, что случилось?
     Эмми нехотя подошла к видео. Ну да, так она и думала. Того и гляди, мама сейчас в панике оставит работу и бросится на скоростном лифте сюда. На двести тринадцатый этаж, чтобы спасти своего бедняжку Дикки от бесчисленных опасностей! Против желания Эмми ощутила нечто вроде уколов ревности.
     - Ничего особенного, ма, - сказала она как можно более насмешливо. - Просто Дикки обалдел от голограмм на коробке до того, что стал разговаривать с Матушкой Гусыней. А я хотела открыть коробку и посмотреть, что же вы нам все-таки подарили.
     Как мама была красива! Сейчас, когда тревога сползла с ее все еще очень молодого лица и она от души хохотала, обнажив прекрасные ровные зубы, она стала похожа на звезду экрана. Нет, Эмми никому не откроет своей страшной тайны - она была влюблена в мать. Не просто любила ее, а вот именно была влюблена.
     - Джордж! Джордж! - хохотала Джейн, повернув голову куда-то в сторону. - Ты только посмотри на моего глупышку. Разговаривать с голограммой на коробке - это в его-то шесть лет!
     На экране появилось загорелое, чуть брезгливое лицо (мужественный тип - сразу же определила Эмми). Тактично сдерживая улыбку, мужчина пророкотал мягким басом, не сводя глаз с Джейн:
     - Ничего страшного, просто у мальчика богатое воображение. Я бы на твоем месте сказал об этом воспитателю. Кто знает?.. - многозначительно добавил он.
     - Нет, ты серьезно? - вспыхнув от удовольствия, спросила Джейн. - А я, признаюсь, побаивалась - вдруг решат, что Дикки слишком чувствителен...
     - Ты ничего не понимаешь в мужчинах, - сказал Джордж, усмехаясь. - Вот уже второй год Барри Майлон ищет эмоциональных подростков для школы будущих звезд видео. Мускулы уже не в моде у прекрасного пола, - добавил он, заглядывая Джейн прямо в глаза.
     - Ты - прелесть, - каким-то странным слабым голосом сказала мама. Она, казалось, совсем забыла, что дети во все глаза смотрят на них. - Неужели это правда, ну насчет Барри Майлона?
     - Разумеется, правда. И вообще, держись за меня, детка...
     Эмми ощутила прилив дикой ревности. Как этот мерзкий тип может так нагло разговаривать с мамой? Почему она ему это позволяет? Эмми едва не разревелась. Все-таки обидно, что ее принимают за младенца, думают, при ней все можно говорить...
     Мама наконец оторвала взгляд от своего обаятельного коллеги и, придав лицу возможно более строгое выражение, сказала:
     - Дети! Не портите друг другу день рождения - ведь это самый чудесный праздник в году. Эмми, я тебя не узнаю! Дикки, вытри слезы, а не то я оставлю тебя вечером без праздничного пирога... Мы с отцом сделали вам изумительный подарок и решили, что вы уже большие и сами сможете в нем разобраться. Эмми, девочка, не дразни малыша, не порти ему удовольствия, ладно? Ну, дети, надеюсь, вечером вы преподнесете нам с отцом сюрприз. Чао!
     И, ослепительно улыбнувшись, она погасила видео.
     - Вот видишь, - сказала Эмми, - мама хочет, чтобы мы сами разобрались в игрушке. А ты думаешь только о глупостях, как трехлетний малыш!
     Она уверенно подошла к коробке и нажала на большую красную кнопку. Зеленые стенки тотчас же стали складываться гармошкой, оседать, словно дым, и через минуту, зазвенев напоследок серебряными колокольчиками, упали на пол. На ворсистом дне коробки лежали несколько приборов цвета слоновой кости и толстая книга сказок. Дик сразу же утешился и, усевшись в кресло, начал листать плотные страницы с красивыми красочными рисунками, сопя и ерзая от пережитого волнения. Эмми тем временем изучала объемистую инструкцию.


Рейтинг@Mail.ru

ONLINE БИБЛИОТЕКА
1998-2004