ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ

     Река была словно туманная дорога между двумя черными стенами. Весла погружались в воду бесшумно, как клюв цапли. Широкие плечи того, кто сидел перед Бальтом, отливали синим в темноте. Юноша знал, что даже опытный глаз следопыта на носу лодки видит сейчас не дальше, чем на несколько локтей. Конан выбирал направление чутьем, потому что прекрасно знал реку.
     Бальт хорошо присмотрелся к своим спутникам еще в форте, когда они вышли за частокол и садились в лодку. Это были люди той самой новой породы, которая зарождалась в суровом пограничном краю, люди, поневоле овладевшие искусством жить и выживать в лесах. Они даже внешне походили друг на друга, и наряд их был сходен - козловые сапоги, кожаные штаны и куртки, широкие пояса, и оружие - топоры и короткие мечи, и лица у всех были иссечены шрамами, а глаза смотрели жестко.
     Они тоже были дикарями, но все-таки между ними и киммерийцем лежала пропасть. Они - дети цивилизации, опустившиеся на варварский уровень. Он -варвар в тысячном поколении. Они научились прятаться и подкрадываться, он таким родился. Они были волками, он - тигром.
     Бальт восхищался ими, восхищался предводителем и страшно гордился, что его допустили в такую компанию. Гордился и тем, что его весло было так же бесшумно, как у всех. Хотя бы в этом он был равен им - ведь охотничье искусство в Туране не шло ни в какое сравнение с пограничным.
     Вниз по течению от форта река описывала широкую петлю. Быстро скрылись из виду огни сторожевых постов, но лодка прошла еще с милю, с необыкновенной точностью избегая мелей и топляков.
     Потом, по сигналу предводителя, повернули к западному берегу. Лодка покинула спасительную тень зарослей и выплыла на стержень, где ее легко можно было заметить. Но свет звезд был неярким, и Бальт надеялся, что никто за рекой не наблюдает.
     Когда подошли к зарослям западного берега, Бальт протянул руку и ухватился за какое-то корневище. Не было произнесено ни слова. Все распоряжения были отданы еще до выхода из форта. Конан бесшумно перелез через борт и исчез в зарослях. За ним в полной тишине последовали девять других. Один из следопытов остался в лодке с Бальтом.
     У них было свое задание: сидеть и ждать возвращения остальных. Если Конан с товарищами не вернутся с первыми лучами солнца, надлежало подняться вверх по реке и доложить в форте, что дебри снова взяли положенную им дань. Тишина была угнетающей. Ни один звук не доносился из черного леса. Даже барабаны не били. Юноша напрягал глаза, напрасно стараясь разглядеть что-нибудь в этом мраке. От воды тянуло холодом.
     Где-то поблизости плеснула рыба - так, во всяком случае, ему показалось. Лодка даже вздрогнула от носа до руля. Тот, кто сидел на корме, отпустил руль, и Бальт обернулся, чтобы выяснить, в чем дело.
     Напарник не отвечал - уж не задремал ли?
Не чувствуя более боли, Рикус подскочил к чудовищу. Из ран в горле гнома толчками лилась кровь.
     - Ты солгал! - закричал Рикус, ударяя гаджа кулаком в большой фасеточный глаз.
     "Умение лгать весьма полезно", - заявил гадж, словно и не заметив удара.
     Рикус стукнулся снова, на сей раз целясь в основание усиков щупалец. Но это чудовище ответило хлестким ударом одного из своих щупалец. Жгучая боль разлилась по левому боку мула. Рука повисла, как плеть. Второе щупальце хлестнуло гладиатора по лицу. Серая холодная пустота окружила разум мула, ноги задрожали. Получив мощный удар ребром жвал в живот, Рикус отлетел на другой конец коридора.
     Словно сквозь туман мул видел, как гадж обвил своими щупальцами голову неподвижно висящего в его жвалах гнома. Тяжело дыша, Рикус поднялся на ноги - надо же спасать друга.
     "У него совсем нет мыслей! - обиженно воскликнул гадж. - Он мертв!"
     Небрежно мотнув головой, чудище отбросило в сторону безжизненное тело гнома. Повернувшись к Рикусу, оно отчаянно застучало ногами по каменным плитам, пытаясь сдвинуться с места.
     Собрав остатки сил, мул бросился в атаку. Гадж приветливо распахнул жвалы, и тогда Рикус пригнул. Слету, двумя ногами сразу ударил гаджа в голову. Ему удалось отбросить чудище назад, в камеру. Откатываясь в сторону, мул услышал, как со стуком обрушились на пол упиравшиеся в панцирь гаджа ворота.
     Рикус отполз подальше от решетки. Сил хватало лишь на то, чтобы дышать. Дико верещали звери в клетках, растревоженные шумом схватки и запахом свежей крови.
     Через некоторое время Рикус увидел приближающийся свет факела. Мимо него, уронив на пол комок черных одежд, пробежала Анезка. Она рухнула на колени рядом с недвижным телом Ярига. Нежно закрыла гному глаза.
     Держа в руке факел, подошла Ниива. В другой руке она несла пору копий и обсидиановых кинжалов. Одета она была в черную рясу темплара.
     - Что тут у вас произошло? - спросила она, помогая Рикусу встать.
     - Гадж набросился на Ярига, - пояснил мул, показывая на клетку. - Это тварь все врала.
     - Маленькая хитрость, которой гадж, без сомнения, научился у Тихиана, - заметила Ниива.
     Коснувшись ладонью груди напротив сердца, она вытянула руку в традиционном прощально салюте гладиаторов своему павшему в бою товарищу.
Рейтинг@Mail.ru

ONLINE БИБЛИОТЕКА
1998-2004