ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ

     Во-первых, среди нас он показывается нечасто - то сидит у себя в комнате, то корпит над своей никому не нужной работой в башне Карла Смелого. Честное слово, рисование - прекрасный повод отвечать на вопросы, не оборачиваясь, так, чтобы твоего лица не было видно.
     Но ведь не все же время он рисует. Да, но, выходя из помещения, он всегда надевает темные очки. Вообще этот несчастный случай в лаборатории - выдумка остроумная. Можно подумать - мне, например, всегда так казалось, - что эта взорвавшаяся горелка знала, какую услугу окажет она Ларсану, если тот станет выдавать себя за Дарзака. Теперь он может избегать яркого света, ссылаясь на слабое зрение. Ну как же, как же! Даже м-ль Стейнджерсон и Рультабийль стараются выбрать для него местечко в тени, где его глазам не причинит вреда яркий дневной свет. Если вдуматься, то он чаще всех нас ищет тени, и мы видим его мало, причем всегда в полутьме. В нашем зале военного совета очень темно, в «Волчице» темно, в Квадратной башне он выбрал комнаты, в которых всегда царит полумрак.
     И все же... Ладно, посмотрим. Так просто Рультабийля не проведешь, водить его за нос три дня подряд не удастся никому. Однако, как говорит Рультабийль, Ларсан родился раньше него, он ведь его отец...
     Но вот что я вспомнил: когда в Кане Дарзак зашел к нам в купе, он первым делом задернул занавески. Полумрак, всегда полумрак!
     Вот призрак на западном валу повернулся в мою сторону. Я хорошо его вижу, очков на нем нет. Он неподвижен, словно стоит перед фотокамерой. Не двигайтесь. Готово: это Робер Дарзак! Робер Дарзак!
     Он снова двинулся. Не знаю, но все же его походка чем-то отличается от походки Ларсана. Только вот чем?
     Разумеется, Рультабийль заметил бы. Заметил бы? Да он больше рассуждает, чем смотрит. И было ли у него время понаблюдать?
     Нет! Не нужно забывать, что Дарзак пробыл три месяца на юге. Это верно. Тут можно рассуждать так: три месяца его никто не видел. Он уехал недужным, вернулся здоровым. Не удивительно, что лицо у человека изменилось: уехал он тяжело больным, вернулся ожившим.
     И сразу же состоялась свадьба. Все это время он редко показывался на людях, да и длилось все это лишь неделю. Семь дней Ларсан мог бы выдержать.
     Человек (Дарзак? Ларсан?) спустился с пьедестала на западном валу и направился в мою сторону. Неужели он меня заметил? Я еще сильнее сжался за своим фиговым деревом.
     За три месяца Ларсан мог изучить все привычки и повадки Дарзака, а потом, убрав несчастного, занять его место, похитить его жену - и дело сделано!


Рейтинг@Mail.ru

ONLINE БИБЛИОТЕКА
1998-2004