ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ

     Мощный социалистический поезд "Москва-Новороссийск" медленно тронулся от второй платформы Курского вокзала. Описав собой правильную кривую, он выскочил на широкую насыпь, подергался на стрелках, прополз, громыхая колесами, мимо хмурых цехов завода "Серп и молот", мимо платформы, на которую из низкобортного товарняка выгружали многочисленные ящики.
     Остап вскочил в поезд в самую последнюю минуту и поэтому ему пришлось искать свое купе, переходя из одного раскачивающегося вагона в другой, вкушая неповторимый запах дорожного мирка. Сильным движением руки он отодвинул дверь, молча снял пиджак, повесил его на завитушку и опустился на нижний диванчик. Купе было маленькое, уютное, по всей видимости, - образцово-показательное: обитые малиновым бархатом диванчики, густо покрашенные рифленые стены, кожаные ремешки с блестящими пряжками, покрытый фирменной скатеркой стол, на столе - омедненная пепельница. Вслед за опоздавшим пассажиром в показательное купе с крестьянской степенностью заглянул преблагонравных манер проводник с никелированными компостерскими щипцами.
     - Будем компостироваться, граждане пассажиры! - с достоинством сказал он.
     Купейники протянули проводнику билеты. Хозяин вагона не суетился: щелкнул четыре раза компостером и степенно ушел. Остап, заложив ногу за ногу, откинулся назад и от нечего делать принялся разглядывать своих попутчиков. С полки над ним свешивалась только часть попутчика. Этой частью была лошадиноподобная голова с необычайно узкими скулами, отвратительным ртом, а еще с тупоумными холодными глазами, которыми она время от времени смотрела в окно.
     Прямо перед Остапом полулежал весь из себя белобрысый юноша-купидон с румянцем по обеим щекам и тем самым видом, который Остап называет "блеск джентльмена": костюм на юноше был нарочито небрежен и состоял из чуть помятого пиджака общепринятого покроя и из брюк на выпуск. "Мальчик, созданный для воздушных поцелуев", - подумал про купидона Остап.
     Над белобрысым, на верхней полке, лежал дородный старикашка с красным от застарелого насморка носом, в распашном пиджаке, белой рубашке и классических шароваристых брюках. На носу покоилось пенсне с половинными стеклами. Пиджак распахивался до того, что походил на простертые гусиные крылья. "Старый мальчик", - подумал про старика Остап.
     - Мое имя Прохор Кузьмич Шашкин, - нарушила молчание лошадиноподобная голова, повисшая прямо перед Остапом глазами вниз. - Позвольте узнать ваше? И до какой вы станции, товарищ? На это Остап ответил дешевой, но меткой фразой:
     - До самой дальней


Рейтинг@Mail.ru

ONLINE БИБЛИОТЕКА
1998-2004